«Мясо для штрихкода»: почему самозанятые на складах - это каста отверженных, которой скармливают весь неликвид

«Мясо для штрихкода»: почему самозанятые на складах - это каста отверженных, которой скармливают весь неликвид

Встретился я как-то со своим знакомым Игорем. Мы курили с ним за углом КПП, прячась от ледяного ветра за бетонным забором. У Игоря вид человека, который только что вернулся с фронта, хотя он всего лишь отработал 12-часовую смену на одном из крупнейших логистических хабов страны. «Знаешь, брат, — усмехается он, сплевывая на асфальт, — в рекламе нам поют про свободный график и статус "партнера". А по факту ты здесь — мясо. Биоробот без прав, которого выжмут досуха и выкинут на помойку, как сломанный поддон, стоит тебе хоть раз криво посмотреть на бригадира».

Игорь — мужик тертый. До того как надеть жилетку «свободного агента», он работал на стройке, таксовал, крутил гайки. Но именно складская «вольница» открыла ему глаза на то, как выглядит современное рабство, упакованное в красивую обертку цифровых технологий.

«Свободная касса» или иллюзия выбора?

«Мясо для штрихкода»: почему самозанятые на складах - это каста отверженных, которой скармливают весь неликвид

Встретился я как-то со своим знакомым Игорем. Мы курили с ним за углом КПП, прячась от ледяного ветра за бетонным забором. У Игоря вид человека, который только что вернулся с фронта, хотя он всего лишь отработал 12-часовую смену на одном из крупнейших логистических хабов страны. «Знаешь, брат, — усмехается он, сплевывая на асфальт, — в рекламе нам поют про свободный график и статус "партнера". А по факту ты здесь — мясо. Биоробот без прав, которого выжмут досуха и выкинут на помойку, как сломанный поддон, стоит тебе хоть раз криво посмотреть на бригадира».

Игорь — мужик тертый. До того как надеть жилетку «свободного агента», он работал на стройке, таксовал, крутил гайки. Но именно складская «вольница» открыла ему глаза на то, как выглядит современное рабство, упакованное в красивую обертку цифровых технологий.

«Свободная касса» или иллюзия выбора?

«Суть самозанятости на складе — это величайший развод века, — начинает свой ликбез Игорь. — Тебе говорят: "Ты сам себе начальник! Хочешь — выходи, хочешь — спи до обеда". И ты ведешься. Думаешь, сейчас буду рубить капусту, когда мне удобно. А потом ты заходишь в цех и понимаешь: ты попал в пищевую цепочку, где ты — планктон».

На складе есть две касты. Первая — это штатники. Элита. Белая кость. У них оклады, ДМС, отпуска и бронь от самой грязной работы. И есть вторая каста — мы, самозанятые. Приходящие подработчики. Для системы мы даже не люди, мы — ID в приложении.

Игорь затягивается так глубоко, что кажется, сигарета сейчас прожжет фильтр.

«Штатник — он свой. Его берегут. А ты — расходник. Если штатник накосячит, его пожурят. Если накосячишь ты — тебя просто сотрут».

Свалка для «партнеров»: как нам сливают весь тухляк

Самая жесть, по словам Игоря, начинается, когда дело доходит до распределения работы. В теории все равны: терминал сбора данных (ТСД) должен кидать задания рандомно. Ага, щас.

«Ты никогда не задумывался, почему штатный сотрудник Вася всю смену пикает коробочки с помадой и чехлами для айфонов, а ты, гордый "бизнесмен", 12 часов таскаешь чугунные ванны, мешки с собачьим кормом по 20 кг и прочий неликвид? — спрашивает Игорь с прищуром. — Это не случайность. Это система».

Штатники знают лайфхаки. Они дружат со старшими смены. Им скидывают «жирные» аллеи, где товар легкий, дорогой и его много. Пикнул сто раз — и норма выполнена, и спина целая. А весь «шлак» — крупногабарит, пыльные коробки, которые валялись в углу с прошлого года, рассыпанную химию — система (или заботливая рука бригадира) спихивает на самозанятых.

«Ты превращаешься в ассенизатора, — говорит Игорь. — Ты разгребаешь то, к чему штатник даже прикасаться не хочет, чтобы не портить себе статистику и настроение. Ты тащишь на себе холодильник за три копейки, пока Вася рядом сканирует пачку презервативов за те же деньги. Чувствуешь разницу? Вот и я чувствую. Спиной».

«Красный свет» на турникете: увольнение без суда и следствия

Но если тяжелая работа — это полбеды (в конце концов, мы знали, куда шли), то полное бесправие — это то, что реально вымораживает.

В обычном мире, чтобы тебя уволить, нужен повод. Объяснительная, приказ, две недели отработки. В мире складских приложений увольнение происходит со скоростью клика мышки.

«Это называется "блок", — голос Игоря становится глухим. — Ты просыпаешься утром, собираешься на смену, открываешь приложение, а там — пусто. Или еще хуже: приезжаешь к воротам, прикладываешь пропуск, а турникет горит красным. Всё. Ты здесь больше не существуешь».

Почему? За что? Никто тебе не скажет. Может, ты слишком медленно ходил. Может, ты косо посмотрел на начальника смены. А может, просто система глюкнула, или складов стало слишком много, и «лишние рты» решили отсечь.

«Ты не можешь пойти в трудовую инспекцию, — продолжает Игорь. — Ты же самозанятый! Ты "оказал услугу". А теперь твои услуги не нужны. Тебя выкидывают одним днем, без выходного пособия, без объяснения причин. Ты просто исчезаешь из системы, как будто тебя и не было. Вчера ты пахал как лошадь, а сегодня ты никто. Охранник на входе даже слушать тебя не станет, для него ты уже чужой».

Больничный для слабаков: сдохни, но смену закрой

О социалке в этом «раю для фрилансеров» можно забыть сразу.

«Заболел? Твои проблемы, — рубит правду-матку мой собеседник. — У штатника есть больничный. Он может отлежаться, попить чай с малиной, и ему капнет копеечка. А у нас принцип простой: не потопал — не полопал. Свалился с температурой 39? Ну, лежи, помирай голодным. Никто тебе ничего не оплатит».

Более того, если ты взял смену и не вышел, потому что тебя скрутило, тебе еще и штраф влепят. Или рейтинг обрушат так, что потом неделю будешь нормальные задания вылавливать.

«Люди ходят на смену больные, хромые, с соплями до колен, — говорит Игорь. — Потому что ипотека не ждет, и дети кушать хотят. Ты ползаешь по складу в полубреду, роняешь коробки, получаешь штрафы, но ползаешь. Потому что знаешь: защиты нет. Ты один в поле воин, и поле это заминировано».

Почему мы это терпим?

Слушая Игоря, возникает логичный вопрос: а на кой черт это всё надо? Почему люди продолжают идти в это «цифровое гетто»?

«А куда деваться? — пожимает плечами он, выбрасывая бычок в урну. — На заводе платят полтинник и задерживают. В офисе штаны протирать — не мое. Тут, если упереться рогом и отключить чувство собственного достоинства, можно поднять сотку, а то и больше. Если повезет не сломать спину и не нарваться на блок».

Это ловушка безысходности. Склады маркетплейсов пылесосом втягивают людей, обещая золотые горы, а на деле предлагают каторжный труд без гарантий.

«Мы здесь как гладиаторы, — философски резюмирует Игорь. — Только вместо зрителей — камеры наблюдения, а вместо императора — бездушный алгоритм. Штатники смотрят на нас свысока, начальство — как на грязь под ногами. Но именно мы разгребаем всё дерьмо, чтобы вы, ребята, получили свои посылочки вовремя».

А что вы думаете?

История Игоря — это не нытье, это сухой остаток.

Сейчас модно говорить про «гиг-экономику» и свободу. Но давайте честно: готовы ли вы променять скучный трудовой договор и оплачиваемый отпуск на такую вот «свободу», где вас могут «забанить» в реальной жизни одним нажатием кнопки?

Что для вас важнее: стабильность и права, пусть и с начальником-дураком, или возможность самому выбирать график, но с риском в любой момент остаться на улице без гроша?

И справедливо ли, что самые тяжелые и грязные задачи спихивают на тех, кто и так меньше всех защищен?

Пишите в комментариях, кто работал на складах по самозанятости. Сталкивались с тем, что штатники скидывают на вас неликвид? Были ли случаи беспричинных блокировок? Давайте обсудим, потому что молчать об этом уже нет сил.

https://dzen.ru/a/aVjeANLHgkQM4JNb